Про Коммунизм, Ботанику и Душевные Боли

Ой та тю. Не кричите, я тоже рада.

Говоря языком поэтическим (а все мы знаем, я только на нём и разговариваю, потому меня никто толком и не понимает), я болею. Приличия ради, дабы вы в своём медицинском невежестве не упрекнули меня в симуляции, я даже температурю. Не достаточно высоко, чтобы вызывать скорую, которая в стране тюльпанов и всяких там других камелий (тут все вопросы к Достоевскому) стоит (выдыхайте) нескромные 700 евро (опрокидывайте), но и вполне себе уверенно, чтобы страдать от душевных и всех близлежащих к этому отчетливо видимому на флюорографии любого русского человека органу болей (закусывайте). Ну вот, вы в порядке там? Дальше пойдёт легче. Закусывать не забывайте.

Меня тут вот что уже которую неделю гложет. Все мы с вами, кто-то преданней, кто-то мятежней, дети коммунизма. И совершенно неважно: внуки вы, правнуки, двоюродные братья или знакомый со стороны невесты; да даже если вы в глаза этот коммунизм видеть не видели, от учебника по истории с уверенным профилем вождя непокорно отворачивались; фильм "Любовь и Голуби" смотрели всего единожды и то без звука, фоном, уставившись в селедку под шубой во время семейного застолья – нет вам спасенья. Может когда-то, из детей тех, кто сами сейчас еще дети и вырастут индивидуалисты, но мы с вами, по удивительной иронии судьбы (ну хоть это-то смотрели?) одно большое латинское communis, или еще более ироничное community: кричащее друг на друга с крылец соседних домов, жалующееся друг на друга соседям, отсуживающее друг у друга наследство, и орущее, обнявшись, что есть силы "Горько!" на всей вот этой нашей с вами свадьбе жизни, потому что ну реально горько же, вот мы и орём. Ну, или любая другая метафора, как вам угодно.

И чем больше я здесь – куда "Горько!" доносится слабым отголоском и то с заморским акцентом – тем больше я понимаю, что это не плохо. И не хорошо тоже. Просто вот так нас всех воспитали, а те, кого не было кому воспитывать, так воспитались сами, потому что, когда все вокруг communal, попробуй воспитайся по-другому. Мы привыкли, что в нашей действительности одному не то что сложно, а зачастую просто невозможно выжить. Мы привыкли не доверять государству, медицине, полиции, образованию, медиа и западу, естественно. Друг другу мы, по сути, доверять тоже не привыкли. Но, парадоксально, мы при этом друг на друга полагаемся и, по-своему, как-то очень вывернуто и неправильно, все ещё за глаза сквернословя друг друга камелиями и осуждая во всей остальной ботанике, друг другу помогаем. И не при чем тут распахнутая (или она вспаханная?) вдоль и поперек русская душа, сердоболие и бросающиеся под поезд женщины. Просто мы так привыкли выживать. У нас (позволю себе это милое сердцу обобщение, хотя я тут, признаюсь, своим 1996 годом ну никак ни при чем) всегда все было общее, а значит по отдельности не было ничего, кроме друг друга, ну и какая тут, простите, собственность?

Вы опрокидываете? Закусываете? Выдыхайте.

Дело в том, что понимаешь всё это только тогда, когда со всем этим своим "комму", аки рыбка на берег, выбрасываешься в общество индивидуалистов, которым до твоего "комму", ну вы поняли. Вернее, в тебе-то им это конечно приятно и почти диковинно, но примера с тебя никто брать не собирается. Не потому, что все тут бессердечные и правильно мы им не доверяем, а потому что они не идиоты. Ну кто в обществе индивидуалистов будет сильно заботиться о ком-то, кроме себя? (Пальцем показывать неприлично, я знаю, что вы поняли). Ну кто, если его в детстве учили, что никто не может на его конфету посягнуть, потому что это его собственность, начнёт вдруг эту конфету пилить на 10 частей, если в песочнице ещё 10 бесконфетных? Кто будет ставить помощь кому-то в приоритет своей работе, если этот же кто-то потом его в этой работе превзойдёт? Эта этика оппортунизма. Но я-то себя не обманываю – наша тоже. Дело только в том, что на чай они соглашаются, но с самоваром всё равно не пускают. Ну, или любая другая метафора.

Фотографии с самоваром нет, поэтом вот – с дуршлагом, прошу любить и жаловать

Закусывать не забывайте,

Люблю Муравская х

ADHD

Ооооооооой, что делается.

Тусуетесь, Бандиты?

Я не знаю, что я снова тут делаю.

Может, к истокам возвращаюсь, может, ищу, что потеряла, может, пытаюсь себе напомнить, что писать можно еще и на русском, без указания академических источников и подсчёта слов. А, может, соскучилась. По вас, по предложениям сложносочиненным, да по себе. А может, всё сразу. 

Я хорошо. Местами потрясающе, местами не очень. Я летом навестила все три своих дома, и от этого чуточку спокойней. Всё как надо: отдыхала в одном, рейвила в другом и театралила в третьем. А дышаться в доме четвертом стало чуточку привычней.

У меня как обычно все горит и кружится. Кажется, у моей жизни синдром дефицита внимания. Я, как обычно, уже не учусь на то, на что училась и не живу там, где жила. Но ни университет, ни страну в этот раз бросать не понадобилось, а значит чему-то жизнь меня да учит. 

Я теперь на пять минут сна ближе к университету, на 4 этажа выше, на одно спальное место больше и на одну научную карьеру меньше. В новую комнату я перевезла своё старое пианино. Это такая метафора, чтобы сказать, что я теперь учу музыку. Снова. После медицины и физики. 

Кажется, у моей жизни синдром дефицита внимания. Мне бы игры какие развивающие, да шоры на глаза, да якорь поувесистей, а то вокруг столько берегов, что я, от восторга, готова всю жизнь прожить в море. Это такая метафора, чтобы сказать, что... ой, да сами в моих метафорах разбирайтесь.

Кажется, у моей жизни синдром дефицита внимания, и ему уже целых 20 лет. Мои друзья дарят мне сертификаты на тату, билеты на балет и надувных крокодилов. Меня рисуют в виде букета украинских маков в бутылке водки "Русский Стандарт". Я наблюдала метеоритный дождь на берегу Северного моря. Я уже 20 лет не знаю, куда смотреть, и смотрю везде. Не, не метафора.

Cześć Martynco,

Уроженка Города Цвета Окаменевшей Водки Муравская x

Горки

Если по ростомеру проходишь - садись, пристёгивайся. 

Аттракцион непроверенный, ремни безопасности - износившееся. Если по ростомеру проходишь - садись, пристёгивайся.

По пути наверх будет подташнивать и штормить. Механизмы у меня ни к черту, так что тянуть себя придется самому. Теперь понимаешь, отчего так много пустых вагонеток? Не оборачивайся, тяни. Вид, открывающийся наверху, того стоит, я слышала.

Ну вот, я же обещала. Гляди: и солнце вышло. Ты не смотри, что рельсы скрипят, крепления заржавели и поручни отполированы до блеска. Зато дышится здесь как, чувствуешь? Будто на крыле самолёта стоишь посреди трансатлантического рейса. Будто Эверест до тебя еще не покоряли. Будто уже никогда не нужно будет бежать.

Ты смотри-смотри, а за поручень держись. У меня аттракцион, а не площадка смотровая. Какой толк в рельсах, если никогда не пускать их под откос, правильно? Полетишь вниз, как рассветет. Лети и молись, чтобы внизу оказалась Атлантика. 

Ты как там внизу, слышишь меня? Знаю-знаю, амортизация страдает. Напишешь потом в жалобную книгу. Наверх пора. Теперь понимаешь, отчего так много пустых вагонеток? Не оборачивайся, тяни. Ночью там ещё лучше. А с рассветом, полетишь вниз.

Я тебе не сказала кое-что. Там в будке управления никого, и ключ повернуть некому. Скажи спасибо, что пристёгнут ты слабо. Мои вот цепи даже такому опытному эскапологисту как я не поддаются.

Готов ко второму кругу? Мой ростомер редко ошибается. 

Садись, пристёгивайся. 

Четыре года со мной катаетесь, Родные.

Скромный Минский Эскапологист Муравская х

Белоснежки

Четверг. 3 дня по голландскому. Четыре девушки, три страны, четыре мохито. На террасе летнего кафе перед университетом солнце. На столе среди коктейлей - ноутбук. С первого взгляда мы - приквел к "Сексу в Большом Городе", но решаем, почему-то, кто из нас какая диснеевская принцесса.

Начинаем с очевидного: М. среди нас - бесспорно Белль, отчасти из-за каштановых волос, отчасти из-за веры в человечество, отчасти из-за наличия Чудовища. Тут что-то пошло не так, и Чудовище это, почему-то, выглядит и одевается уже как принц, происходит почти из королевской семьи, но упорно остается Чудовищем. Диснею, в принципе, всегда недоставало реалистичности. Но это другая история.

Решение номер два даже проще первого: Н. - Аврора из "Спящей Красавицы", длинноволосая блондинка, любящая пропускать первую пару статистики в 8:45 по понедельникам и своего принца - романтичного, ухоженного и постящего в инстаграм ровно столько,  сколько нужно, чтобы остальные принцессы чуточку, ну самую малость сомневались в его ориентации. Но это всё шутки, пока он её будит - мы спокойны.

Дошли до третьей и задумались. Мой черёд, если не догадались. Они говорят, я - Белоснежка. Я говорю, что не умею петь. Отвечают, что зато кожа у меня белоснежная, тусуюсь я не пойми с кем и умру когда-нибудь от желания всё в мире попробовать. Стопроцентное совпадение.

Тут, за нас с Белоснежкой, мне стало немного обидно. Та-то, похоже, была поглупей в свои 14, но у неё хотя бы был принц, владеющий основами реаниматологии. А меня Белоснежкина судьба, особенно без принца с медицинским образованием, и в 19 не прельщает. Так что, значит, нужно начинать развивать инстинкт самосохранения и мыть фрукты? А как понять, где он заканчивается и начинается паранойя? И как отличить кто преданный гном, а кто - злая королева, если чёрный - хит сезона?

Да знаю-знаю, у Диснея не об этом. У него скорее о доброте и доверии, чем о рейвах и дефибрилляции. Но и темный лес в наши времена уже не место преступления, а place to be. Понимаете, о чём я? В моё время, нам, Белоснежкам, чтобы в такой Лес попасть ещё нужно фейс-контроль пройти. И, не дай бог, заплатив за вход, обнаружить там, что кошмарные деревья на самом деле - милые зверюшки. Нам нужен бит и сумрак. Нам нужна толпа.

Но нашла же она в том лесу тех гномов, верно? Ровно в том же, откуда пришло злополучное яблоко. Так может, не так в том Лесу и плохо, как говорят по телевизору? Так может, не так мы, Белоснежки, и неправы?

Мы, кстати, шли с рынка. У меня в пакете были яблоки.

Кушайте фрукты, Дети,

Скромная Питерская Белоснежка Муравская х

Русская-Хаос

Если ты из России и читаешь мои посты трехлетней давности, поздравляю, я пришла из стыда.

Я слушаю русский реп и пишу в блог! Можете верить в Бога. Теперь даже я не имею права вам запрещать.

В жизни очень много всего в последнее время. В ней всегда много всего, но в последнее время - больше, чем обычно. Я узнала о существовании uber-самолётов, написала экзамен по французской грамматике лучше швейцарца; играла в три часа ночи на пианино в доме голландской старушки, которую видела впервые в жизни, чтобы доказать, что Скрябин - лучший русский композитор; общалась с сыном самого известного контрабандиста искусства в Европе, доказывала в муниципалитете, что со мной в комнате не живёт человек по фамилии Ельцин; хотела перевестись в Стэнфорд; возила кофеварку в ремонт в магазинной тележке через голландские спальнички, пила из кокоса, гладила овец, рисовала, танцевала; ходила в театр и познакомилась с индонезийцем, у которого 8 детей. Моей самой любимой польке исполнилось 5, я сдала очередную сессию, мой брат ездил в Лес Вегас, и ко мне приезжала Катя. Я подсела на нехватку времени, недосып и аспирин. Мне было бы очень плохо, если бы не было так хорошо. Я, кажется могу абсолютно всё, но сил на это никогда нет. Я то расту, то уменьшаюсь в размере вдвое, у дороги из жёлтых кирпичей оказалось слишком много развязок, а белый кролик, ездит, ну как минимум, на феррари. 

Завтра я проснусь другим человеком. Завтра в новостях будет что-то про рост курса и влияние Интернета на ценности молодёжи. Завтра будет плохо, если не будет слишком хорошо. 

Когда мне исполнилось 19, я, кажется, чувствовала себя очень старой. 19 - это как вечер воскресенья. Это всю неделю я в спешке, учебе, бессонных ночах, неожиданных собеседниках и братьях по духу на вечер, а в воскресный вечер - у меня только вы, да бутылка совиньона. Те, кто жалуются на утро понедельника, видимо, никогда не слышали про вечер воскресенья.

Неделя, со всеми её вспышками, вскриками, всхлипами и восходами, в воскресный вечер даже дальше, чем та, на которую вставать завтра.

Не знаю, к чему это я. Сейчас среда, и к вечеру воскресенья в новостях еще тысячу раз скажут про рост курса.

Я соскучилась.

Я знаю, ребят. Для человека, жившего в Беларуси, я отвратительна в вопросах стабильности. Но вы же меня знаете: нагуляюсь и вернусь. 

Знаете, как меня тут назвали? Русская-Хаос. Супер, да?

Муравская-хаос х

Aan De Kust

Бывает, придумываешь на переменке в школе бредовую астрономическую теорию про калькуляционную неточность в числе планет, загоняешь её на пьянках и конференциях, уходишь из большой науки на пике карьеры, переживаешь кризис личности, переезжаешь в другую страну, начинаешь заниматься медициной, бросаешь медицину, и через два года американские ученые, используя примерно твои доводы, доказывают твою теорию.
Что? У вас такого не было? Тю.
http://www.newsru.com/world/20jan2016/planetX.html

Вернулась на берег. В этот раз даже не метафорический.

На этот самый берег я упала после одной международной поездки на автобусе, 9 часов в аэропорту, одного внутри европейского перелета и четырех часов на поезде по Голландии: два в одном направлении и два в правильном. Любишь блудить, люби и окольными путями возвращаться.

Если самостоятельная жизнь меня чему и научила, так это тому, что, в каком бы состоянии ни был, сам себе стаканчик с водичкой у кроватки на ночь не поставишь - никто не поставит.
А в некоторые утра, стаканчик с водичкой - уже очень многое.

У меня в этом семестре статистика, французский, театр и кино и физика. В прошлом был английский, голландский, биология и математика. Иногда я спрашиваю себя, всегда ли мои жизненные выборы были такими нелогичными, а потом вспоминаю, что после школы собиралась год не сдавать экзамены и не поступать и случайно отучилась четыре месяца на физфаке.
С другой стороны, в девятую планету тоже никто не верил.

Радует хотя бы то, что половину этих выборов за меня делает университет - статистику, английский, математику и голландский мне было брать обязательно. Остальное - изменчивая воля вашего скромного рассказчика. Всегда мечтала дорасти до того, чтобы себя так называть. Что думаете, нормально? В апреле 4 года будет как-никак.

Со мной в классе по французскому мой знакомый швейцарец, для которого это один из родных языков, но второй язык в нашем университете брать обязательно, а по голландскому, немецкому и испанскому у него уже есть языковые дипломы высшей степени. А мне, вот, родители 1800 км мебель и велосипед везли из Беларуси, потому что я боюсь мебельных магазинов и тот ворованный, что попал ко мне в начале года, еще раз своровали. Не очень понимаю, как я вообще сюда попала.

А в общем, все спокойно. Я живу в драматическом сериале про молодёжь, которые всегда считала выдумкой. Все вокруг кричат, радуются, ругаются, расстаются, сходятся, влюбляются, обижаются, предают, мирятся, сплетничают, пьют и в каждой новой серии кто-то обязательно в край сходит с ума, и все вокруг это потом разгребают.

Каждый вечер за меня молится Мартына. А я ставлю себе стаканчик с водичкой.

Живу, тусуюсь, толкаю теории.

Муравская х

2015

Мой дедушка был моряком, а папа тренировался врачом в десантные войска. То-то у меня вечно то качка, то турбулентность.

Ну шо, бандиты? У меня увольнение. На берег.

Я доплыла. До конца семестра, Беларуси и Нового Года.

Плыла я долго, без средств навигации, таблеток от морской болезни и второго весла. Но об этом вы уже знаете.

Отбывая год назад из порта, я понятия не имела, кем буду, вернувшись в него год спустя. Я давно отучила себя строить планы. Последние три года были чистой импровизацией, и я бы ни минуты в них не изменила.

Отбывая год назад из порта, я понятия не имела, кем буду, вернувшись в него год спустя. А вернулась, вот, собой. Собой, на одну трудовую книжку, татуировку, вид на жительство, семестр в голландском университете и тысячу историй богаче. И ровно на год ближе к самой себе настоящей. Серьезно, ни минуты.

Я желаю вам в Новом Году верить себе.
А мне как можно дольше продолжать без сценария. Ну и на героин не сесть, не зря же мне все этого желают.

Люблю целую пью,

и все последний раз в году,

Муравская х

Аллегория Проб(п)итой Лодки

Обидно - это когда тебе по каждому предмету в конце семестра дают форму с оценкой курса, где ты можешь анонимно настучать начальству на то, что твой профессор урод, а ни один из твоих профессоров не урод.

Свистать всех наверх!

Не отпускает меня морская тема. Ну оно и ясно, я же в самой морской провинции Голландии живу. А еще знаете в чем она самая-самая? В организованной преступности. Ха. Люблю свою жизнь.

О чём я там? Ах да, о море. 

Учиться в университете - это как плыть в дышащей на ладан, купленной на распродаже, мэйд ин Чайна лодке родителей с огороменной такой дырой в полу. Одной рукой ты пустыми бутылками из под спиртного выплескиваешь за борт воду, другой - десятком эссе и сомнительными знаниями дифференциальных уравнений пытаешься грести. Идешь по карте, которую понятия не имеешь как читать, на берег, который, возможно, уже проплыл. И визу на тот берег ты не оформлял. И за бутылками надо следить: чтобы было их достаточно, чтобы воду вычерпывать, но недостаточно, чтобы лодку потопить. И мимо проплывают рок-звёзды на яхтах, при близком рассмотрении сильно напоминающие того крутого кента с биологии и ту неприлично умную и симпатичную одновременно латышку с математики. И у тебя на борту все твои друзья-алкоголики.

Периодически приходит осознание, что пункт назначения у всех один, и то, что начинал ты там, где местность гораздо более болотистая, и болото это подозрительно скверно пахнет, никого не волнует. Тогда, игнорируя сильную одышку и мышечные спазмы в левой ноге, начинаешь судорожно, почти истерично грести сильнее, чем раньше, пока не оказываешь с ног до головы облитым волной от реактивного двигателя соседней яхты. Тут, от холодной воды, залившейся пуще прежнего в лодку, просыпаются друзья-алкоголики и помогают эту воду выплеснуть. То ли освобождая место для новых бутылок, то ли помогая тебе-дураку не утонуть. Может вообще и то и другое, но благодаря этому, ты-дурак понимаешь, что до берега еще грести и грести, но за борт пока бросаться рано.

Гребу,

Муравская х

Теперь

Мой лучший голландский друг на днях сказал, что наша жизнь, как плохое кино. Я ему, конечно, дала подзатыльник и предупредила, чтобы не сорил тут в мои прозаические уши своей лирикой, но курс кинематографии на следующий семестр почему-то взяла.

Пока не уплыла, Родные!

Вы мной гордитесь? Я собой горжусь.

Я пережила свой личный кризис трёх месяцев отношений. С университетом.
Год назад в моей комнате, планах на будущее и голове был бардак, за окном - снег, на карточке - последняя стипендия, а на руках, вместо студенческого и зачетки - аттестат и заявление на отчисление. Год назад, в лучших традициях кинематографических расставаний, я хлопнула дверью, забрала свои вещи и вышла из хорошо отопляемого физфака в морозную неизвестность. Это звучит красиво, а на деле холодно, грязно, по всему городу за документами мотаешься и везде только и спрашивают: сначала, не потеряла ли я студенческий, а потом - рассудок. И понятия не имеешь: держаться тебе сейчас за студенческий или за рассудок. И есть ли за что держаться. И стоит ли.

Расставшись-таки со студенческим, и в скромной надежде, хотя и без особой уверенности, что только с ним, приезжаешь домой. Там тепло, чисто и вопросов не задают. Кроме одного. Того, ответ на который станет теперь твоей работой без выходных и перерыва на обед, с которым ты будешь просыпаться, если повезет - с утра и очень часто - среди ночи. Того, что будут задавать тебе теперь родственники на семейных обедах, друзья на пьянках, бывшие учителя на глазах у будущих выпускников и бабушка, даже перед тем, как спросить, есть ли жених. Того, из-за которого тебя "очень любят, но не понимают". Того, из-за которого ты в какой-то момент обязательно поддашься и начнешь сомневаться, что держаться надо было-таки за студенческий и центральное отопление БГУ.

"И что теперь?"

Тю.

Мой лучший голландский друг на днях пришел ко мне с плетеным креслом и бутылкой пива "Жигули".
Три месяца я отказывалась покупать себе дополнительную мебель в комнату. Три месяца он твердил мне, что у меня не на чем сидеть. Три месяца я заучивала наизусть ассортимент икеи и решала, куда было бы удобней повесить зеркало. Три месяца, заходя ко мне в комнату, каждый второй советовал мне зайти в магазин дешевой б/у мебели, и я обещала, что зайду завтра.
Мне нравится выбирать мебель. Нравится представлять, куда бы я её поставила. Нравится советовать другим. Не нравится только приносить её домой.
Меня уже очень давно никто не спрашивал, что теперь. А покупать мебель всё ещё страшно.

Год спустя, отвечаю.
Теперь окно у меня на всю стену, за ним сухо, ветрено, пахнет морем и чьим-то косяком. Карточки теперь три: белорусская, голландская и та, на которой еще лежат десять тысяч с моей последней стипендии. В комнате из моего - бардак и плетеное кресло. В планах и голове - примерно то же. Своё и ясное. Без страшных вопросов.
Ещё "Жигули" и вот этот, чтоб его, лирик.

Писала это на улице, ко мне подошел идеальный голландский старичок и спросил, с ретина-дисплеем ли у меня ноутбук и сколько диагональ. Буду в старости тоже такие фишки отмачивать.
Люблю Голландию. Тут прикольно.
Tot ziens прстихспди,
Мурамурамуравей х

Корабли и Евреи

Сегодня ничего дельного, проходите мимо!

Не помню, рассказывала ли вам, но первые четыре года на своем извилистом пути по дороге образования я провела в школе с балетным уклоном. Как видите, к своему статусу петербурженки я всегда подходила крайне ответственно. Спиваться планирую с балетным прошлым и литературным настоящим. Работаю клише профессионально и на полную ставку.

Вчера нам с моей подругой из Польши Мартыной было очень смешно. Нам было так смешно, что в какой-то момент смеяться стоя стало невозможно и мы продолжили смеяться на полу. Наша общая подруга сделала фотокарточку, которую я сегодня выложила в инстаграм, потому что моё поколение так самоутверждается или что-то вроде того. И под этой самой фотографией моё балетное прошлое неожиданно и значительно раньше положенного дало о себе знать.

Я захожу на инстаграм своей некогда одноклассницы, чтобы увидеть как её светлое балетное прошлое превратилось в мутное настоящее на факультете с неясным названием и перспективами. Я захожу, чтобы сказать себе, что моё мутное, кажется, посветлее будет, да? И цвет, вроде, поярче. И название факультета у меня по-английски, это же за что-то считается, правда? Я захожу, чтобы показать себе, что оно не работает, но не работает у всех. Захожу, чтобы моё балетное прошлое вернулось туда, откуда так неожиданно ко мне явилось. Ровно до того момента, когда я смогу козырнуть им в оправдании алкоголизма, естественно.

Чего я там точно не планирую увидеть, так это того, что наше общее балетное прошлое для одной из нас превратилось в балетное настоящее. Того, что 10 лет спустя, она танцует в Театре на Неве, пока я сижу на полу (сами решайте метафора это или нет) в Голландии. Того, что её настоящее такое же прозрачное и ясное, каким оно было тогда, пока моё помутнело от количества несочетаемых ингредиентов, дымится и вскипает. Того, что 10 лет и 23 попытки назад, у кого-то уже было всё решено. Нас с моей дремучей смесью даже передернуло.

За моим прошлым балетным идёт прошлое музыкальное, звукорежиссерское, физическое. И все те, с кем это прошлое было общим. И все те, для кого оно стало настоящим.

Через месяц у меня пополнение - прошлое медицинское.

В следующий раз точно повезет.

Вчера случайно справила день какого-то польского святого и расплавленный воск, плавающий в кружке с водой сказал мне больше о моём будущем, чем три школы, один лицей искусств и два университета. Если верить подозрительно отдающим язычеством польским религиозным традициям, в будущем у меня корабль и еврей. То есть я куда-то валю и западаю на гениев. Тоже мне новость.

Я тут, на полу в Голландии, ищу своё настоящее вместо будущего прошлого. Если кто видел - дайте знать.

Честно говоря, всем бы такой пол.

репортаж с одного голландского пола вела

Муравская х

Амстердам, Сумасшедшие и Свобода

Сегодня на математике профессор посоветовал нам посмотреть "Космическую Одиссею" Кубрика под наркотиками.
Не очень знаю, что происходит с моей жизнью. Впрочем, как и всегда.

Привет.

Если у тебя 4 утра, а ты с недоделанным эссе, 20 страницами домашнего задания по математике, грустным лицом, полным стаканом и Бродским не хочешь выбирать ни страны, ни погоста, выход только один: валить. Нет, не умирать на Васильевский остров. Туда, что здесь наивно называют Восточной Европой не летают лоукосты, так что с этим придется повременить. Переправите потом как-нибудь. А я пока в Амстердам съездила.

В первую минуту в Амстердаме меня чуть не сбили дважды: с ног и трамваем. А потом еще раз - с толку, потому что, оказывается, я по этому скучала. Я, оказывается, из тех больных, что жить не могут без толп, бомжей и ежедневного желания убивать. Как там таких зовут? Городские сумасшедшие? Ну да, все сходится.

Пледы и Планеты

Пишу вам старая, но не побежденная.

Живы, Родные?

19 лет - возраст не особенно поэтичный.

В 17 ты весь в предвкушении. Ты еще не устал, тебе еще рано. И, что бы ты там ни успел за свои 17 - этого достаточно, успеть что-то в 17 - уже достижение. В 17 тебе еще рано. Ты еще не устал. 

В 18 ты в состоянии аффекта. Вместе с правом покупать алкоголь и делать вид, что голосуешь на выборах, должны выдавать плед и стакан воды. В день 18-летия не происходит ничего, но плед почему-то все равно нужен. В 18 ты в состоянии аффекта, и это нестрашно, потому что лекарства тебе теперь продают абсолютно легально. У тебя еще целый год, чтобы тайно радоваться цифре в паспорте, гордо открывающей парадные двери туда, куда раньше ты попадал через черный ход. В 18 тебе уже не рано, тебе в самый раз. Ты не устал, но этого не показываешь. Ты потрепан и помят, потому что тебе это идет. В 18 у тебя есть все силы на свете, и ты и швыряешься ими во все стороны, надеясь исчерпать себя хотя бы на толику. Ты льешься через край и не кончаешься. И тебе это к лицу.

Между 18 и 20 - пропасть и посередине нее странная цифра с девяткой на конце. Цифра, когда посеял к чертям плед и привык к лекарствам. Когда "доставать из широких штанин" перестает быть событием. Когда уже не рано, уже самое время, но тебе так никто и не объяснил для чего. Никаких тебе стихов, песен и завышенных ожиданий. Аффект износился и ты, кажется, тоже. 

19 лет - возраст не особенно поэтичный. И мне, как последнему прозаику, плевать.

Мне, как последнему прозаику, выливаясь через край в свои 19, грозит, пожалуй, только устроить потоп в собственном Доме. Но и на этот случай у меня есть еще три.

Моя Катя уже второй год желает мне иметь "цель, далекую и недосягаемую, как Планета Х", о которой я когда-то так сладко заливала на школьных конференциях по астрономии. Большего я и сама себе не пожелаю. Разве что, плед купить.

И то, что поздравления мне сегодня пришли из трех моих самых родных мест на земле, когда бокалы за меня поднимали в четвертом, делает меня счастливей, чем что-либо на свете.

И, знаете, мне кажется, что, если Мой Минск будет в порядке, то и я тоже. Я буду в порядке.

В свои странные 19,

Муравей х

IntroWeek и Храбрость

Недавно мой местный знакомый спросил может ли он купить мой свитшот с Зеленым Театром. О, Голландия.

Какой сейчас год, Родные?

Прилетела

В Нидерландах дождь идет чаще, чем в Питере, коров больше, чем в Беларуси, и протрезветь здесь - такое же значительное достижение, как и в Киеве. Кажется, я влюбляюсь.

Ну что, Кенты, горит?

Уже две недели никого не называла Кентами. Эх.

Пишу этот пост в перерывах между чтением сайта "математика для блондинок" и прикручиванием колесиков к передвижной тумбочке. Все, что вам говорили о самостоятельной жизни - ложь.

Если смотреть на Голландию из иллюминатора самолета - это продвинутая Беларусь. Просто с такой высоты не видно уровня развития экономики, качества жизни и правовой защищенности личности. А поля и ветряки видно. Так что Беларуси только ветряки остались.

3

Я в Голландии неделю и один день. Всю эту неделю я ложилась в четыре, вставала в восемь и каждый день переживала столько, сколько обычно переживаю за месяц. Я до сих пор здесь официально не зарегистрирована, у меня нет холодильника, плиты и шторы для ванной, но я очень надеюсь, что будут силы когда-нибудь все это здесь описать.

Но главное, что всю эту неделю у меня лежал один очень важный неопубликованный пост. Вот этот.

Столица третья и пока последняя. Как оно там, Родные?

Я держу свои города близко. Так, чтобы не бояться остаться навсегда без Питера и задохнуться без Киева. Так, чтобы, надышавшись, вернутся всегда можно было в Минск. Так, чтобы в декабре и мае - концерты Стрыкало, в июне - разводные мосты, а в августе - Зеленый Театр.
Я держу свои города на расстоянии вытянутой руки. Руки с билетами на автобус на последние деньги. Чтобы не успевать доставать из кошелька тысячи, менять их на гривны и ругаться, когда в минское метро кидаешь киевские жетончики, а в питерское - украинские монеты.
Я держу свои города, прижимая их руками к груди, в одном единственном страхе разжать кулаки. И на огневом рубеже между теми двумя, что рвутся друг от друга наружу, лишая меня последних сил, есть один, что позволял мне быть на этой золотой середине три года подряд. Тот, что принимал в сомнениях из Моей Мракобесной и ждал в любом состоянии из Моей Оголтелой.
Я улетела 21го августа. 19го я вошла в комнату, полную людей. Людей, ни одного из которых я не знаю дольше трех лет и ни без одного из которых я своей жизни за эти три года представить уже никогда не смогу. Они любили вместе со мной, ненавидели, горели, радовались, отчаивались, бросали и начинали заново, недосыпали, пили, ругались ночью, обнимались под утро, неслись не пойми куда, чтобы оказаться в этой комнате с криками “Сюрприз!”. Чтобы я стояла там и пыталась осознать, как мне повезло. Чтобы прижать руки к груди еще сильнее в последний раз и перестать, наконец, бояться разжать пальцы. Я не боюсь за Свой Минск. Мой Минск будет в порядке.

Домой

В прошлом посте ушла радоваться и случайно дошла до Киева.

День добрый!

В августе прошлого года мы с Катей впервые вместе поехали в Киев.

Пару дней назад мы вернулись из него в четвертый раз. И каждый раз, приезжая туда, я попадаю в свою другую жизнь. И каждый раз, приезжая в Минск, мне кажется, что я эту другую жизнь себе выдумала.

Мы ездили туда на неделю. На 2 дня. На 24 часа. Ездили без денег. Без места для ночевки. Решали за неделю, покупали билеты за день, собирались за полчаса. Гуляли по 12 часов с сумками, набитыми жизненными необходимостями на 48 часов, 2 банками сгущенки и бутылкой водки, промокали насквозь, танцевали всю ночь и уезжали с утра. Мы встречали людей на улице и проводили с ними целый день. Мы были там, когда минировали торговые центры и разливались бассейны. На День Незалежностi и Закрытия Зеленого Театра. И каждый раз мы были готовы к тому, что лучше уже не будет. И этот город опять нас удивлял. Понятия не имею, как он это делает.

Мои родители думают, что у нас в Киеве любовники; Катины - что барыга. Из Киева я приезжала прямиком на первую пару в университет и на день рождения папы с двумя кило его самого любимого торта на свете. Тратила на него президентскую премию призера республиканской олимпиады и зарплату фудкортаўки.

Мы узнаем пограничников, проводниц в автобусах и фейс-контрольщиков на входах. С некоторыми даже дружим и с собаками гуляем. Нас, в свою очередь, узнают в Зеленом Театре и на Хрещатике. И, вместе с отчужденностью и меланхолией Питера во мне всегда будет простор и искренность Киева. Ну а с распитием на улицах все неизменно.

Теперь у меня есть кое-что, чтобы напоминать, что эту другую жизнь я себе не выдумала.

Я уже три года никуда не путешествую. Я езжу Домой.

10 советов поступающим забугор

Сегодня с утра ко мне пришла собака (та, что большая), согнала с кровати другую собаку (ту, что маленькая) и легла рядом. В этот момент, в 6 утра в своей кровати, я поняла, две вещи: что, после четырех лет поисков, метаний (мысленных и физических) и нервов, я таки студентка голландского университета и что надо заканчивать откармливать собаку или начинать укреплять кровать.

Четыре года - это примерно в херову тучу раз дольше, чем я занималась поступлением на физфак, так что, будем надеться, зависимость с моим там прибыванием - прямо пропорциональная.

Все это время я никому ничего не говорила, не рассказывала в подробностях и не радовалась. Я не суеверна. Я хожу под лестницами, перехожу дорогу котам (и кентам, раз уж на то пошло) всей мастей и окрасов, бью зеркала и другие предметы утвари по чем зря. Существует только три "приметы", которых я придерживаюсь: музыкальная, пацанская и дебильная. Я сажусь на ноты, если они упали перед концертом; я не пизжу болтаю о своих планах и я говорю "привет на сто лет", если обхожу с кем-то столб с разных сторон. Я уже вижу, как вы отписываетесь. Даже если не были подписаны. Даже если не имеете здесь аккаунта. Я вижу, как вы специально заводите аккаунт, чтобы отписаться.

Забыла, что не поздоровалась. Привет на сто лет! Ха!

(простите)

Проблема со всеми этими суевериями в том, что не существует точных норм. Типа, сколько раз надо сказать "привет на сто лет", если обошел одновременно два столба? Забор? Как долго надо сидеть на Бахе и когда вставать с Шопена? Можно ли начинать пиздеть болтать про поступление до того, как прилетел, зашел в университет и нашел что-нибудь, за что можно уцепиться? Короче, сегодня я иду на риск, ребята. Цените это.

Поиском университета, перепиской с ним, поступлением, сбором документов и перерывами на экзистенциальный кризис я занималась сама. Последним пунктом особенно усердно. Получалось долго, муторно, непродуктивно и неумело. То, что я сейчас здесь напишу вряд ли гарантирует вам место в Гарварде с полной стипендией. Честно говоря, я понятия не имею, что может гарантировать место в Гарварде с полной стипендией. Но, знай я эти пару пунктов на момент начала всего этого процесса, получилось бы чуть быстрее, веселее, продуктивней и более умело. Может, кому-то когда-то в сложном мире образования, бюрократии и поиска смысла существования именно этого и будет не хватать. А я вот она, тут как тут со своими советами. Тю.

Итак, 10 вещей, которые стоит знать, если вы решили поступать в западный университет:

1. Определитесь с критерием поиска. Это сэкономит вам кучу времени на покушать и экзистенциальный кризис. Очень супер, если у вас есть сильное чем-то увлечение (желательно не алкоголем), тогда можете искать заведения (желательно не бары), славящиеся именно в этой профессиональной области. Еще неплохо, если вы точно знаете, в какую страну хотите поехать или, еще лучше, город. Или, например, вы нищеброд. Или просто понятия не имеете, что и где хотите изучать. Короче, если вы недалекий нищеброд вроде меня, вам все равно, в какой стране, главное, чтобы университет предоставлял стипендию. Уже что-то.

2. Кстати, о стипендиях. Если речь идет о стране, где образование платное (и я имею ввиду охренеть, какое платное), стипендия - это не деньги, которые университет дает вам на побухать, стипендия - это скидка на образование. То есть, денег как таковых, вы скорее всего не увидите. Но платить за учебу будете значительно меньше.

3. Когда вы определились с тем, что вы ищите, неплохо было бы эту тему немного развить. Определить для себя несколько принципиально важных пунктов, которые должны присутствовать в университете. Сюда обычно входят такие вещи как язык обучения, ваш бюджет, наличие нужной вам программы, религиозность университета (такого много в Америке, часто богатые универы - католические), дэдлайн подачи заявки и валидность вашего школьного диплома для данного университета. Это дичь, как важно. Читайте требования на сайте каждого ВУЗа, а если там ничего не написано про дипломы из России/Беларуси/Украины, пишите им и спрашивайте. Поверьте, лучше вы это спросите до того, как собрали весь пакет документов и отправили им только затем, чтобы получить отказ из-за "недоверия" к школьному диплому из вашей страны. Уж я-то знаю.

4. Придется писать имэилы. Хренову тучу имэилов. Если вы пишите имэйл в университет в первый раз, он начинается с 'Dear Sir/Madam' и заканчивается 'Sincerely, (ваше полное имя и фамилия)'. Это все, что нужно знать для начала. Пишите везде и всем и отправляйте письма повторно, если на них не ответили через неделю. Это единственный способ получить ответы на те миллион вопросов, ответы на которые вы не найдете на их заумно составленном сайте.

5. Гуглите. В гугле есть абсолютно все, что может понадобиться. Нет ничего эффективней, честно. Top universities in Europe и вперед. Гуглите.

6. Учитесь хвалить себя. У нас принято везде добавлять ложку дегтя, быть клевеньким, но самокритичным и скромным. "Я божески валю Бетховена, но Скрябин у меня страдает" или "На прошлой неделе мою картину выкупил Эрмитаж, но Лувр вот что-то тёлится пока". Не-а. Вам придется себе "продавать" университету. Это как рекламировать шоколад слоганом "Счастливая, но толстенькая". Будьте просто клевеньким. 

7. Разделяйте количество и качество. На начальном этапе, может, и важно писать всем, но, когда вы начинаете сужать круг, сделайте его узким ровно настолько, насколько вам нужно, чтобы уделить внимание каждому. That's what she said. Просто потрудитесь и изучите отдельно требования и условия поступления каждого университета, даже если выбираете ВУЗы в одной стране.

8. Приготовьтесь мухлевать. В пределах разумного, конечно. Если б вы знали, сколько документов я собственнолично подделала только из-за того, что в наших странах о таком даже и не слышали. Мне приходилось брать рукописные рекомендации своих учителей, создавать им имэилы, чтобы потом от их лица заполнять рекомендационные формы онлайн и ставить за них электронные подпись, потому что они бы ни в жизнь не разобрались, как это делать. Я сама писала справку о доходах своего папы и сама раз в полгода заходила и проставляла свои оценки в табеле от лица завуча. Просто будьте готовы к тому, что "сказано-сделано" не будет. Будет левой ногой правое ухо. Но вы дотянитесь. 

9. И да, о рекомендациях. Дружите с учителями. Приемные комиссии это страсть, как любят. Для них то, что написал ты сам - только полдела. А вот взгляд со стороны - это да, это важно. Поэтому, чтобы не пришлось подделывать (что, кстати, сложно, учитывая, что нужно менять стиль и манеру письма) хвалебные отзывы о себе - дружите с учителями. Особенно иностранных языков, их письма хоть переводить не надо. И с администрацией еще закентуйтесь. Для западных ВУЗов очень кошерно, если вас уважает начальство.

10. Не зацикливайтесь. Хотя бы раз в месяц, давайте своей голове подумать о чем-нибудь, кроме поступления и смысла существования.

Это так, чтобы не свихнуться. 

Получилось длинно и сумбурно. Как и сам процесс. Ищите, пока не найдется, пишите, пока не ответят и поступайте, пока не возьмут. А я пойду порадуюсь, что ли. Можно уже, не?

Удачи.
Мне тут, кстати, 10 дней осталось.

Муравей х

Моя Мракобесная

Перед тем, как вступить в самостоятельную жизнь в другой стране нужно пренепременно сделать две вещи: сгонять на Родину и посидеть на гелендвагене. Я мастер подобное совмещать.

Жаритесь, Родные?

Тю, ну, в меру распущенности.

Для меня Питер - это когда в метро пять минут стоишь в очереди на эскалатор, потом еще десять на нем поднимаешься, бежишь к выходу, а там еще один эскалатор. Когда в Луи Витоне на Конюшенной тебе предлагают кофе и посидеть, а в подвале у Исаакиевского - открыть купленное только что вино, пластиковые стаканчики и чёрный пакет. И пить это вино идешь не на падик, и даже не в парадку, а на самую любимую набережную с видом на следственный изолятор. 

Когда весь город - помойка, и ни одной гребаной "мусорки".

Страна Номер Три

Вернувшись из родной столицы Мракобесия и Алкоголизма, собираюсь в страну легализованных наркотиков. Ох уж эти жизненные выборы.

Страну нужно менять раз в три года, а дизайн в блоге - никогда!

Как лето? Как сами?

У меня была мечта. Такими фразами круто начинать мемуары и фильмы для девочек, да? Самое то. 

До того, как меня начало дико крыть вопросами существования, самоопределения и белого капитана моргана в Минске; до того, как я захотела полететь в космос и стать главой итальянского мафиозного клана; до переезда, изменившего мою жизнь больше, чем я когда-либо смогу осознать, и до Киева, который я уже вряд ли смогу разлюбить; до Зеленого Театра, где сквозит юностью; до васильков в руках Юры Каплана и украинского флага на наших плечах; до несуществующих планет, понтовых бейджей и разогреваемых в микроволновке булочек. До почты и до общепита. До физфака. До блога.

У меня была мечта.

У меня её больше нет, потому что есть виза в паспорте, том самом, на который в Украине смотрят косо за цвет, а в России - за количество украинских штампов; письмо о зачислении в один из крупнейших университетов Нидерландов и стипендии на обучение; рассыпавшийся по всему этому добру бульонный кубик и самый большой чемодан в моей жизни. И 28 дней, чтобы это самую жизнь в него собрать. По крайней мере, ту её часть, что влезет в допустимые 20 кило.

В прошлый раз с переездом получилось очень ничего так. Ну знаете, лучшие моменты жизни и все такое. 

Да и к тому же, страна-то третья. А мы все знаем, кто так любит это число.

Вся такая готовая к жизни и приключениям,

навеки благодарная Синеокой,

Муравей х

Бульонный кубик

За окном 25, а я складываю в чемодан джинсы и кожаную куртку. В моей жизни есть только один любимый мудак, и, чтобы прожить в нем неделю, мне нужен чемодан с теплой одеждой и два литра яблочного вина.

Опять куда-то валю, прости Господи! 

Час до выхода, и я немножечко не вписываюсь в график по сборам. Ну как, не выписываюсь. У меня в чемодане бутылка вина, штаны и куртка, а в сумке - питерская симка, на поиски которой были брошены последние три часа времени и силы, и бульонный кубик. При чем кубик там уже лежал. 

Я еду в Питер.

Надо будет как-нибудь рассказать вам про то, как я ездила в поход и как ходила по городу в национальном белорусском костюме. 

Буду больше недели на одном месте - напишу,

Муравей х